Новости

Page 1 of 18  > >>

26 06 2017
Category: По дате
Posted by: spaceman
По словам известного британского астрофизика – Стивена Хокинга, колонизацию Луны и Марса нужно осуществить в течение ближайших 30-50 лет. Ученый отметил это в своем выступлении на Международном фестивале науки и искусств Starmus IV в Норвегии. Призывы человечества в скором времени покинуть Землю Хокинг обосновал тем, что гибель нашей планеты от удара астероида, перенаселения или из-за других климатических катаклизмов – это всего лишь вопрос времени.
26 06 2017
Category: По дате
Posted by: spaceman
Элон Маск, основатель компании SpaceX, опубликовл в научном журнале New Space подробное изложение своего доклада о колонизации Марса, прочитанного 27 сентября 2016 г. на 67-м Международном астронавтическом конгрессе, сообщило 21 июня РИА Новости.
26 06 2017
Category: По дате
Posted by: spaceman
Россия продолжит поставки ракетных двигателей РД-180 в Соединенные Штаты, сообщил 25 июня РИА Новости заместитель председателя Правительства РФ Дмитрий Рогозин.
25 02 2017
Category: По дате
Posted by: spaceman
Астрономы НАСА объявили о научной сенсации. Они рассказали, что в созвездии Водолея ими отрыты сразу семь планет, три из которых якобы пригодны для жизни! Все они вращаются вокруг звезды, которая примерно в десять раз меньше Солнца и настолько же легче.
14 06 2016
Category: По дате
Posted by: spaceman
Астрофизики из США и Южной Кореи обнаружили в окрестностях двойной звезды экзопланету, которая является крупнейшим из известных спутников в такого типа системах. Ученые не исключают обитаемость найденного объекта. Исследование опубликовано в The Astrophysical Journal, кратко о нем сообщает НАСА.
CMS - 1.12 - Pohnpei
 
Спидометр
Календарь праздников

Евпаторийскому десанту - 70 лет

Краткая справка. Евпаторийский десант — тактический морской десант советских войск, высаженный 5 января 1942 г. в Евпатории с целью отвлечения вражеских сил от осаждённого Севастополя и Керченского полуострова.

Евпаторийский десант состоял из усиленного батальона морской пехоты (700 человек под командованием капитана Г. К. Бузинова). Перевозку его осуществлял отряд кораблей Черноморского флота (базовый тральщик «Взрыватель», 7 сторожевых катеров типа «МО-IV» и морской буксир «СП-14» под командованием капитана 2-го ранга Н. В. Буслаева), который вышел из Севастополя 4 января в 23 ч 30 мин и за время с 3 до 6 ч утра 5 января произвёл высадку десанта. Десантники овладели южной частью города.

Противник направил против них из-под Севастополя пехотный полк, 2 батальона и несколько батарей. Штормовая погода помешала оказать помощь десантникам. 3 дня они сражались с превосходящими силами врага. Одновременно в городе вспыхнуло восстание, в котором участвовала часть населения города и прибывшие на подмогу партизаны. Из семисот десантников осталось в живых меньше сотни.

Евпаторийский десант отвлёк часть сил противника от Севастополя, а также способствовал закреплению успеха советских войск на Керченском полуострове.

Завершив ликвидацию десанта, немцы расстреляли на Красной Горке в Евпатории 12 640 стариков, женщин, детей и раненых советских моряков. 

Хронология событий. 

Разведка боем.

В начале декабря 1941 года был высажен короткий десант в Евпаторию. Ночью к берегу проскочили два катера - охотника. Моряки захватили документы из полицейского и жандармского управлений, освободили из плена более ста человек. Скрылись под утро, прихватив с собой двенадцать «языков». Еще сожгли Пассажирскую пристань - кто мог подумать, что через месяц она будет так нужна.

Это была разведка боем. Операцией руководили два друга - командир отряда капитан В. Топчиев и батальонный комиссар У. Латышев. 

Основной десант.

4 января1942 г. в 23 часа из осажденного Севастополя вышла группа кораблей: тральщик «Взрыватель», семь катеров-охотников и морской буксир, взявшие курс на Евпаторию. На судах находилось 740 бойцов. Группой кораблей командовали уроженец Евпатории, капитан 2 ранга Н.В. Буслаев и комиссар А.С. Бойко, батальоном морской пехоты - капитан-лейтенант К.Г. Бузинов. Среди десантников были и евпаторийцы: П.В. Березкин, С.В. Горчаков, И.А. Кисляк, П.Ф. Пузик, Е.И. Кудинчиков, М.К. Андриуца, С.Т. Иванов, Л.М. Полонский и др. Задача - занять побережье, продержаться несколько часов до прихода главных сил. Затем захватить город - «овладеть исходным плацдармом для наступления на Симферополь».

В успехе не сомневался никто. С десантниками шел бывший председатель горисполкома Я. Цыпкин - чтобы снова возглавить Советскую власть. Возвращались в родной город недавний начальник горотдела НКВД С. Иванов, начальник милиции П. Березкин.

Высадка планировалась в ночь на 3 января 1942 года. Но помешал шторм. Море подарило им два дня жизни. В ночь на 5 января тральщик «Взрыватель», семь катеров-охотников и морской буксир «СП-14» вышли из осажденного Севастополя. Только в море десантникам сказали, куда идут и с какой целью. «Нам сказали, что в Евпатории немец нас не ждет, так что высадка будет спокойная.» (Х. Ровенский, сапер).

Но оказалось, что после лихого налета в декабре немцы заминировали побережье, просвечивали его прожекторами. И сейчас открыли по кораблям прицельный артиллерийский и минометный огонь.

Во время высадки было убито и ранено больше полусотни человек - первые потери. Убили командира высадки Н. Буслаева. Только сошел с капитанского мостика на палубу - и возле него разорвался снаряд.

Десант высадился ранним утром у трех причалов - на товарной пристани (у греческой – Ильинской - церкви), на хлебной и на центральной пассажирской пристани (напротив гостиницы «Крым»). Вначале боевые действия наших морских пехотинцев развивались успешно. Каждый штурмовой отряд четко выполнял поставленную перед ним задачу. В гостинице «Крым» разместился штаб десанта.

Рота лейтенанта Шустова, высадившаяся на Хлебной пристани, продвинулась вглубь старого города, в районе мясокомбината моряки освободили из лагеря около 300 советских военнопленных.

Оперативно-чекистская группа Литовчука громила гестапо. А. Лаврухин: «Среди немцев поднялась паника, они выскакивали из окон в нательном белье, их тут же настигали наши пули».

В гостинице расположился штаб батальона. Уже увидели в городе и, конечно, сразу узнали двухметрового гиганта, председателя горисполкома Цыпкина. И он узнавал людей, кричал женщинам:

- Девочки, мы вам свежие газеты привезли!

Это был праздник! «Женщины и дети буквально повисли на бойцах, целуя всех. С трудом высвободились из объятий.» (Н. Шевченко).

Рота лейтенанта Шевченко должна была захватить порт. «Из-за каменного забора немцы вели сильный огонь. Мы атаковали. Меня ранило в ногу. Подавив немцев, пошли дальше. По дороге встретили группу конников, которых атаковали с ходу. Около насыпи наткнулись на артиллерийскую батарею, захватили ее. Матросы развернули пушки и стали стрелять по фашистам. Меня ранило еще раз - уже в правое плечо, рука повисла. Потеряв много крови после первого ранения (в сапоге чавкала кровь) и, получив второе, я двигался с трудом».

К 10 часам утра почти весь старый город, был очищен от фашистов. В новом городе шла перестрелка на Театральной площади и на Советской улице (ныне ул. Дувановская), где фашисты разместили доты, дзоты, танки. Проникнув на набережную Горького, группа десантников, возглавляемая капитаном Березкиным, захватила здания жандармерии, городской управы, телеграф и другие учреждения.

Военнопленные, освобожденные из концлагеря, тут же устремились в бой с фашистами. В короткое время были заняты все ключевые позиции города. Однако к полудню противник, оправившись от внезапного удара, подтянул к городу танки, самоходные орудия, рассчитывая отрезать десант от кораблей. Отважно дрались моряки. Но к морю удалось пробиться лишь немногим. Фашисты подняли бомбардировочную авиацию и ввели в бой новые части. На улицах города разгорелись ожесточенные бои. Фашисты рвались к гостинице «Крым», куда пробрались оставшиеся в живых моряки.

Обстоятельства не благоприятствовали советским десантникам. На море разбушевался сильный шторм, и ни один катер не смог подойти к причалу, чтобы снять десант, к тому же горючего оставалось только на обратный путь. Словно стая хищников, набросились фашистские летчики на тральщик «Взрыватель». Один за другим под осколками бомб падали моряки, выходили из строя орудия. Потом случилось самое страшное: в машинное отделение хлынула вода, дизели остановились, тральщик потерял рулевое управление и превратился в неподвижную мишень. Погибли командир десанта капитан 2 ранга Н.В. Буслаев и комиссар А.С. Бойко. Два катера с боеприпасами и продовольствием, посланные на помощь десантникам, были вблизи Качи обстреляны противником. Один из них, получив повреждение, возвратился на базу, а второй, добравшись с трудом до Евпатории, затонул невдалеке от тральщика. В ночь на 6 января из Севастополя были посланы эсминец «Смышленый», тральщик «Якорь» и четыре сторожевых катера. Но не утихавший шторм не позволил ни высадить помощь, ни снять десант.

Положение становилось критическим. В живых оставались немногие. Тогда десантники во главе со своим командиром, капитан-лейтенантом К. Г. Бузиновым решили вырваться из окружения, пробиться по улице Красноармейской на Слободку, а потом в степь. Ценой огромных потерь им удалось прорваться за город. 48 человек ушли в каменоломни, оттуда рассредоточились по окрестным деревням и впоследствии вновь сражались на фронтах. 17 десантников во главе с Бузиновым были окружены фашистами у деревни Ораз - нынешнего села Колоски. Все моряки пали в неравном бою. В 1977 г., во время археологических раскопок, на вершине одного из курганов были обнаружены бесценные реликвии, относящиеся к евпаторийскому десанту: остатки флотских ремней, ленточки от бескозырок, стреляные гильзы, флотская бляха, полевая сумка. Все это - в окопчике, где приняли последний бой моряки под командованием К.Г. Бузинова.

Тральщик «Взрыватель», несмотря на потерю управления, уцелевшими пушками и пулеметами продолжал вести огонь. Но вот сильной штормовой волной выбросило неуправляемое судно на берег в нескольких километрах от Евпатории, как раз на этом месте установлен памятник морякам-десантникам. Танки и самоходки врага стали в упор расстреливать корабль, затем фашисты бросились к судну, пытаясь схватить оставшихся в живых моряков. Но ожидаемых трофеев гитлеровцы не получили. Был лишь железный остов вместо корабля, весь изрешеченный, искореженный снарядами и осколками, была небольшая группа тяжелораненых матросов. Моряки дрались до последнего, пока руки могли держать оружие. 

Эпизоды 

Больница 

А. Корниенко, пехотинец: «Мы ворвались в госпиталь, заняли все три этажа, ножами, штыками и прикладами уничтожали немцев, выбрасывали их через окна на улицу...»

Хирургическое отделение заполнили наши раненые. Попал сюда и тяжело раненный в голову пулеметчик Виктор Дунайцев.

- Я и хотел остаться, но там один матросик так стонал!.. У него живот был разворочен. У двоих челюсти снесены. Я ушел. Немцы уже подходили к больнице, и медсестра на выходе спрашивает: «Что же теперь делать-то?». Я успокоил: «К больнице врага не пустим». Но нас уже никого не осталось...

Рано утром 7 января фашисты ворвались в больницу. В палате лежало 18 моряков. За раненых попытался вступиться главврач Балахчи, но его вывели из палаты вместе с хирургом Глицосом и санитаром.

- Вы нас били? - спросил через переводчика немецкий офицер. - Теперь мы вас будем убивать.

Моряки молчали. Только один спросил:

- А кровью нашей не захлебнешься?

Автоматные очереди слушал тяжелораненый моряк Михаил Курносов. Его, самого молодого, 19-летнего, успели спрятать в бельевой.

Когда медсестры Щенникова, Брезгане и санитарка Дронова вошли в палату, увидели мертвых моряков с открытыми глазами. Лица убитых были обращены на середину палаты, никто не принял пулю в затылок или в висок.

Трупы врачей Балахчи, Глицоса и санитара (его фамилия осталась неизвестна) лежали у ворот.

Миша Курносов жил еще целые сутки. 8 января немцы обнаружили в бельевой и его. 

Где он, основной десант ? 

В бой с моряками вступили 22-й разведывательный и 70-й саперный батальоны, несколько артиллерийских батарей. С соседнего аэродрома Саки поднялись в воздух 20 немецких «Юнкерсов». Из Балаклавы в Феодосию примчался на автомашинах 105-й гитлеровский пехотный полк. Десантников стали отрезать от моря и брать в кольцо.

Теперь задача была - пробиваться обратно, к морю. А. Лаврухин: «При отходе раненые, чтобы не попасть к немцам, сами подрывали себя гранатами».

Яростно отбиваясь, моряки пытались удержать ... Пассажирскую и Товарную пристани, чтобы мог высадиться второй десант...

Н. Шевченко, у которого в сапоге «чавкала кровь» и было перебито плечо: «По дороге к причалу я наткнулся на трех фашистов, у меня оставалось только два патрона. Мне удалось подстрелить двоих, третий - офицер вытащил пистолет, но я, перехватив наган в левую, здоровую руку, ударил офицера рукояткой в лицо. Немец тоже рассек мне бровь». Обессилевший Шевченко продвигался к головному кораблю - тральщику «Взрыватель», на котором собирались все раненые. На причале встретил друга, старшего помощника капитана буксира «СП-14» Анатолия Иванчука. Тот взял Шевченко с собой. И вдвоем они, не зная фарватеров, через минные поля, в сильныйшторм, повели буксир в Севастополь, в Стрелецкую бухту.

А головной корабль, флагман «Взрыватель», погиб. На нем фашисты сосредоточили главный огонь. Тральщик, до отказа заполненный ранеными, выбросило на мель. В живых оставалось меньше трети экипажа, около 30 человек. Несколько раз немцы предлагали сдаться, моряки отвечали автоматными очередями. Капитан-лейтенант Трясцын приказал взорвать тральщик, но погибнуть всем вместе не удалось: не оказалось боеприпасов. 

Трясцын был тяжело ранен в ноги. Он вызвал боцмана, одессита Льва Этингофа, приказал принести ему противотанковую гранату. Этингоф принес и встал рядом с командиром. Трясцын бросил гранату к ногам, от обоих ничего не осталось. В кубрике застрелился радист. Фельдшер схватил пистолет и бросился на берег, на немцев.

Краснофлотцу Ивану Клименко, который до войны участвовал в марафонских заплывах, вложили за пояс в цилиндр записку о судьбе тральщика, и он кинулся в ледяную воду - к Севастополю, вплавь.

Видя, что жизнь на корабле замерла, фашисты решили, что все погибли. Им удалось даже взобраться на тральщик, но моряки (их оставались единицы) в рукопашной перебили врагов. И тогда танки стали в упор добивать корабль. Когда трюмы были полны крови, когда кончились все патроны, пятеро последних моряков экипажа кинулись в море. 

Эпилог 

А что же помощь, которую они так ждали ?

Если бы она пришла, хотя бы к концу дня 5 января... Но эсминец, тральщик и четыре катера подошли только в ночь на 6 января. Уже был семибалльный шторм, он не позволил десантникам высадиться. 6 января в 20 часов те же корабли снова двинулись к берегам Евпатории, их вел за собой мощный лидер «Ташкент». И снова буря не позволила высадиться. Моряки с кораблей видели на берегу пламя: это горела гостиница «Крым» - недолгий штаб батальона.

И те последние, кто еще оставался жив, - моряки группы Литовчука тоже видели своих беспомощных спасателей.

Город был усеян телами моряков, три дня трупы никто не убирал: фашисты запретили под угрозой расстрела.

Чтобы выяснить судьбу десанта, командование Севастопольского оборонительного района (СОР) отправило в Евпаторию разведывательную группу - 13 человек под командованием батальонного комиссара Латышева. Это он со своим другом Топчиевым месяц назад совершил дерзкий налет на Евпаторию. Теперь Ульян Андреевич отправился искать следы друга.

8 января подводная лодка «М-33» высадила их в районе маяка. На следующий день Латышев сообщил: десант полностью уничтожен. Разведчики приготовились в обратный путь. Но... снова разыгрался шторм. Подводная лодка и сторожевой катер не смогли снять группу. Шесть суток горстка моряков обороняла последние метры свободной земли - Евпаторийский маяк. 14 января Латышев передал последнее донесение: «Мы подрываемся на собственных гранатах, прощайте...».

«За помощь десанту» немцы расстреляли более шести тысяч мирных жителей - в первые же дни. А всего было расстреляно 12 640 стариков, женщин, детей. Почти треть довоенного населения Евпатории. 

Чудо 

Сколько их тогда осталось в живых, так никто и не знает. Единицы. Каждого спасло чудо.

Разве не чудо, что тяжело раненный Дунайцев не остался в больнице и не был расстрелян прямо в кровати. Разве не чудо, что Шевченко, дважды раненный, ковылял к тральщику «Взрыватель», который был потом расстрелян танками с берега, а его перехватил по дороге товарищ и отвел на буксир. Разве не чудо, что бывший морской пехотинец Николай Панасенко в бессознательном состоянии был схвачен румынами в плен, прошел шесть фашистских концлагерей и лазаретов, его выводили на расстрел, и он остался жив.

И даже из группы Латышева - из 13 человек, высадившихся с заданием узнать судьбу десанта, - один спасся - Василек, он кинулся в море.

Остался жив Иван Клименко, который с гибнущего «Взрывателя» отправился вплавь в Севастополь. В январской лютой воде он проплыл 42 мили, он был практически без сознания, когда на траверсе чуть северо-западнее Николаевки его подобрал сторожевой катер.

Какими они возвращались...

Об Иване Клименко рассказывал бывший чекист Галкин:

- Он очень больной был. Так с виду вроде ничего, а как заговоришь о десанте, его начинает трясти... Я почти ничего не узнал от него. Он умер.

В октябре 1945 года в Белграде бывший участник десанта С. в одном из кинотеатров смотрел документальный фильм об обороне Севастополя. Что с ним произошло, он не помнит, ему потом рассказали: когда появились фашисты, он выхватил из кобуры пистолет и разрядил в экран всю обойму. Потом С. год лежал в психиатрической клинике. Вышел, снова лечился - до последних дней.

Об этих воспоминаниях евпаторийские исследователи долгое время не знали, так как рукопись хранится в Севастопольском музее Черноморского флота. 

После десанта 

Группа десантников - 60 человек - целые сутки скрывалась на улице Русской, в доме №4. У Прасковьи Перекрестенко - шестилетний сын и старики-родители, у Марии Глушко - девятилетняя дочь. Но молодые хозяйки двух квартир провели гостей в комнаты, на чердак, в сарай. Сестра Прасковьи Мария Люткевич принесла марлю, стала перевязывать раненых. Ровенского ранило в левый глаз, и женщины ножницами извлекли осколок.

Утром немцы пришли и на Русскую. Женщины растерялись, но потом выскочили, успели нарисовать на воротах крест и написать: «Холера!».

С наступлением новой ночи десантники разбились на мелкие группы и ушли. Пункт назначения - Севастополь, курс - по усмотрению.

В пути погибли все группы, кроме одной. Литовчук, Лаврухин, Задвернюк и Ведерников сумели пройти 300 километров по территории, занятой врагом.

Ушли из дома на Русской не все. Двое остались ждать высадки второго эшелона десанта: Яков Цыпкин - председатель Евпаторийского горисполкома и Федор Павлов - секретарь Ак-Мечетского райкома партии.

Остался в Евпатории и Александр Галушкин. Если Цыпкин должен был возглавить в городе Советскую власть, то Галушкин - партийную. Его спрятал у себя здесь же, на улице Русской, дом 9, Иван Гнеденко, или, как его звал весь город, - Ванька Рыжий. Возчик с электростанции. Выпивал, его постоянное место - возле рынка, в забегаловке.

Из осторожности Ванька Рыжий перепрятал Галушкина в семью Гализдро, здесь жили бабушка Матрена Васильевна, ее дочь Мария Ивановна, дети Марии - 16-летний Толя и Антонина, 22 лет. У Антонины свой ребенок - Георгий, год и восемь месяцев от роду.

Здесь его немцы и обнаружили. Кто-то выдал. Александр Иванович прятался во дворе, в яме. Отстреливался. Когда остался один патрон, выстрелил себе в висок. Он был последним десантником, погибшим в Евпатории.

Семью Гализдро пытали - всю, от старушки до правнука: немцы пытались выяснить, кто скрывался. Толе забивали в голову гвозди. Его мать, Марию Ивановну, увозили в гестапо полубезумной.

Расстреляли всю семью.

После этого и на Русской, 4 ожидали прихода немцев. Растерявшийся Павлов выцарапал в подвале на потолке: «Павлов, Цыпкин. Здесь скрывались 2 комиссара, но погибли от предательства Ваньки Рыжего - И.К. Гнеденко».

Ванька Рыжий знал и того, кто застрелился, и тех, кто скрывался на Русской, 4. Когда дом Гализдро оцепили, Ванька сидел в гостях у брата Федора. Он глянул в окно и увидел - оцепляют весь квартал.

- Беги! - сказал Федор. - Еще успеешь.

- Не побегу, - сказал Иван. Он боялся за свою семью и сам вышел навстречу немцам.

...Пальцы его рук вставляли в дверной проем, пока не переломали. Потом отрезали ему уши и нос. Потом отпилили кисти рук, потом отпилили ноги. Живые останки пятидесятилетнего Ваньки Рыжего лежали в гестапо. Трудно было узнать в человеке человека, одна лишь душа доживала последние минуты. Таких мук не принимал никто и никогда на этом скифском побережье. 

Память 

Подвиг Евпаторийского морского десанта увековечен в городе несколькими памятниками: на 5 километре Симферопольского шоссе – на месте гибели тральщика «Взрыватель», на Красной горке – месте перезахоронения группы десантников, обнаруженных в 1982 г. в саду им. Караева. В центре Евпатории – на улице Революции - в районе бывшей Пассажирской пристани в 1965 году был установлен памятный камень с надписью: «В этом районе города 5 января 1942 года была высажена основная группа Евпаторийского морского десанта». В 1986 году памятный камень был заменен траловым катером, подаренным городу Командованием ЧФ СССР. А в 2005 г. к 60-летию Победы на этом месте был открыт новый памятник морякам-десантникам.

В статье использованы материалы сайта evpatoriya-history.info, архивы газеты "Известия", воспоминания ветеранов.